23 C
Ташкент

Антимонопольный комитет: Crafers и Artel — не монополии. Что не так с этим заявлением?

Akfa, Crafers и Artel — три компании, до определенного уровня не связанные друг с другом. Но стоит лишь немного углубиться, и станет понятно, что это самый настоящий незримый концерн, старающийся контролировать несколько отраслей промышленности.

Не пропустите

Hook.report, разобрал почему Акфа все равно монополия, не смотря на заявления Антимонопольного комитета.

Буквально на днях Антимонопольный комитет неожиданно обратил внимание на открытое письмо в Facebook’е, адресованное хокиму Ташкента Джахонгиру Артыкходжаеву, в котором его призвали «прекратить свою монополию». Комитет изучил ситуацию и твердо убедился, что не видит никакой монополии в лице «Краферс» и «Артель», ведь в отраслях процветает сугубо здоровая конкуренция. А вот с «Акфой» дела оказались сложнее — комитету нужно еще понаблюдать за организацией из-за «технических и технологических особенностей рынка».

Hook.report изучил законодательство Узбекистана и заявление Антимонопольного комитета, попутно разбираясь, что с ним не так.

Сухие факты

Как определить, что та или иная компания контролирует если не весь рынок, то значительную его часть? Для этого есть Закон «О конкуренции». В документе нет определений «монополиста» и «монополии» (закон о естественных монополиях — отдельный документ, и там дано определение, что под этим следует понимать), а дается куда более абстрактная вещь — доминирующее положение.

«Доминантом» оказывается любая организация, чьи позиции на рынке настолько сильны, что любые действия конкурентов никак не отражаются на ее состоянии.Зато обратная связь — влияние на отрасль, к которой она принадлежит, наоборот, играет решающую роль. Доминант фактически контролирует уровень формально существующей конкуренции, затрудняет и делает невыгодным вхождение на рынок новых игроков либо «иным образом ограничивает свободу экономической деятельности».

Если более конкретно, доминирующим положением признается состояние, в котором компания, фирма или организация владеет долей товара на рынке:

• 50% и выше;

• между 35% и 50%, и при этом занимают эту нишу стабильно в течение года, а шанс появления новых конкурентов крайне мал и их доли незначительны.

монополияШавкат Мирзиёев, Эмомали Рахмон и Джахонгир Артыкходжаев на заводе Artel. Фото: пресс-служба президента Узбекистана

Отдельная статья закона посвящена злоупотреблению этим положением. Тут важно обратить внимание, что запрещенными действиями признаются не только ограничение самой конкуренции, но и ущемление прав и интересов потребителей. А теперь конкретный перечень нарушений:

• сокращение объема товаров, чтобы создать или поддерживать дефицит для последующего повышения цен;

• установление монопольно высоких или монопольно низких цен товара;

• навязывание условий, не относящихся к предмету договора: необоснованные требования передачи финансовых средств, имущества и имущественных прав, а также «требования совершения других действий»;

• договор, запрещающий или ограничивающий предпринимателям приобретать товары конкурентов;

• необоснованный отказ от заключения договора при наличии возможности производства или реализации товара;

• создание препятствий для доступа на товарный или финансовый рынок других предпринимателей.

Даже этих пунктов хватит, чтобы признать: «Акфа», «Краферс» и «Артель» — типичный концерн, занимающий «доминирующее положение».

Стоп, а почему концерн?

Концерн — группа компаний разных отраслей промышленности, которые сохраняют относительную самостоятельность. Каждая компания развивается и действует независимо, но придерживается того курса, который наметила доминирующая финансовая структура. Обычно участники концернов объединяют не только экономический потенциал, но и усилия в рыночной стратегии. Финансы и многие ресурсы концерна сконцентрированы у группы лиц, работающих сообща.

Монополия_2

ООО «J-UNITED GROUP» и OOO «TECHNO PROFIL», бенефициаром которых остается действующий хоким Ташкента, принадлежат и Akfa, и Crafers, и Artel. Одновременно брендами владеют его жена и двое партнеров — Аброр Ганиев и Исмоил Исроилов, где последние напрямую связаны со строительством Tashkent City.  Выходит, огромной бизнес-структурой занимается семья и ближайшие соратники Артыкходжаева.

Простите, aka, но вы монополист

Как и Антимонопольный комитет, посмотрим на каждую компанию в отдельности.

 Akfa Group

«По состоянию на 1 августа в Узбекистане более 180 компаний занимается производством дверей и порогов для них, окон и их рам из пластмассы. Кроме этого, на рынке также представлены компании по производству дверей и порогов для них, окон и их рам из алюминия — более 400 субъектов. В целом данный рынок является низкоконцентрированным с развитым уровнем конкуренции».

Большое количество существующих предприятий, способных производить аналогичную продукцию, не означает, что все они конкурентоспособные. К тому же Антимонопольный комитет не показал, какую долю рынка занимает «Акфа» в сферах своего производства (это касается и «Краферса», и «Артеля»).

монополия_4

Но даже без статистики становится понятно, кто владеет большей долей рынка. Например, кто менял окна в подъездах многоквартирных домов Ташкента? Есть ли крупные конкуренты у Akfa, кроме Ekopen? Есть ли условия для их появления?

Crafers

«На 1 августа 2019 года в Узбекистане более 600 компаний занимается производством кондитерских изделий. Также на рынке присутствует большое количество импортного товара, то есть рынок является низкоконцентрированным с высоким уровнем конкуренции.

При этом рыночные расчеты долей показывают отсутствие признаков доминирующего или монопольного положения каких-либо компаний. Простыми словами, Crafers — не монополист и не имеет рыночного влияния на рынке кондитерских изделий».

Опять же количество компаний не обозначает качество конкуренции. Местные кондитерские фабрики в несколько раз уступают «Краферсу» и иностранным компаниям по качеству и объему производства продукции. Называть их конкурентоспособными не очень честно. При этом «Краферс», имея мощные финансовые ресурсы, активно рекламирует свою продукцию и располагает собственной сетью магазинов, которые успели появиться даже в метро. Из указанных 600 компаний ни одна не сможет потягаться с «Краферс».

Касательно «большого потока импортного шоколада» — не стоит забывать о защите местного производителя. Зарубежные производители при всем своем желании не смогут понизить ценник и конкурировать с «единственным в СНГ промышленным кондитерским комплексом». Также стоит помнить об ограничениях на ввоз кондитерских изделий, которые появились незадолго до открытия кондитерской фабрики. Конечно, формально эти события не связаны, но ограничения могут напрямую влиять на ценообразование и потребление.

Artel

«По состоянию на 1 августа производством электробытовой техники в Узбекистане занимается более 10 компаний. При этом анализ информации, полученной от статистических органов, показывает, что импортом электробытовой техники, аналогичной по техническим и качественным показателям, занимается более ста компаний (при импорте отсутствуют какие-либо ограничения).

Показатели рыночной концентрации говорят, что рынок электробытовой техники в целом является умеренно концентрированным, и доля, позволяющая говорить о доминировании отдельного субъекта, на данном рынке отсутствует. Соответственно, компания Artel и его аффилированные предприятия также не являются монополистами».

Да, от абсолютной монополии Artel отгораживает обилие импортной продукции. Стиральная машина, телефон, утюг, телевизор — все это можно найти и купить от LG, Samsung и прочих производителей. Но важно помнить, что все конкуренты Artel — не наши. Другого местного производителя холодильника и микроволновки просто нет.

монополия_5

К тому же, как и в случае с Crafers, есть не связанные напрямую, но влияющие на потребление запреты. После того, как бюджетные смартфоны китайской Xiaomi стали набирать популярность (а их очень часто заказывали с AliExpress и подобных площадок), правительство Узбекистана ввело сильные ограничения на стоимость товаров, которые можно принимать по почте из-за рубежа. 100 долларов в месяц хватает не во всех случаях, когда кому-то нужен новый смартфон.

И какую позицию занять государству?

Лучше всего не создавать удобных условий для укрепления монополий, как местных, так и иностранных. Но это не значит, что надо все держать в ежовых рукавицах и вести жесткую антимонопольную политику. Если снять льготы для местного производства и максимально упростить вхождение на рынок иностранных компаний, проблема с бесполезными монополиями решится сама собой.

История показала, что борьба с монополиями бесполезна. Современный рынок устроен так, что рано или поздно в каждой отрасли начинают доминировать либо один крупный конгломерат, либо два-три гиганта (олигополия). Яркими примерами служат Apple и Disney.

Apple на внутреннем рынке США занимает доминирующую позицию. Глобально от действий компании полностью меняются ход и развитие целой индустрии электроники, при том как в хорошую, так и плохую сторону. Все, что появляется у Apple, начинает быстро копироваться другими производителями, включая даже цены на устройства.

Disney — яркий пример сверхконгломерата. Компания за последние пару десятилетий агрессивно скупает всех конкурентов развлекательного профиля. Например, в кинопроизводстве осталась лишь парочка крупных игроков вроде Warner Brothers (которая тоже входит в конгломерат WarnerMedia) и Sony.

Другое дело, что вышеприведенные примеры — появление олигополий на фоне жесткой и непримиримой конкуренции. Побеждала та фирма, которая выпускала продукт наивысшего качества и становилась фаворитом у потребителей, а не разрасталась из-за того, что получила удобные условия развития из-за льгот от государства и нужных связей.

 

Статьи по теме

Добавить комментарий

Последние новости